Испанская легавая (испанский пойнтер)


О старинных испанских легавых, оказавших такое огромное влияние на все породы гладкошерстных птичьих собак, имеются лишь весьма отрывочные сведения у английских, французских и немецких авторов. Испанская же охотничья литература, несомненно существующая, еще совершенно неизвестна; только недавно по случаю выставок в Мадриде в 1890 и 1891 годах мы узнали, что эта порода легавых сохранилась почти в чистом виде до настоящего времени.

 

Судя по старинным рисункам и описаниям в английских книгах о собаках, испанская легавая была очень тяжелого, даже массивного сложения, имела очень большой и выпуклый череп с укороченной мордой и сильно отвисшими брылями. Кроме того, есть причины думать, что основная масть испанской легавой была красная, красно-пегая, черная и черно-пегая в подпалинах, а не кофейная и кофейно-пегая. Все указывает на то, что порода эта образовалась от смешения гончих с тяжелыми травильными собаками или мордашами, вроде современных мастифов и меделянок, т. н. Canis molossus, в те времена имевшими очень хорошее, нередко верхнее, чутье. Позднее испанская гладкошерстная скрещивалась с длинношерстными испанками, которые дали ей кофейную рубашку и настоящую крепкую стойку. Многие считают одним из отличительных признаков испанской легавой ее двуносость, т. е. разделение конца носа, собственно чутья, на две половины продольным, более или менее глубоким желобком. Эта двуносость, составляющая на самом деле уродливость верхней губы (то, что у людей называется заячьей губой) и переданная, вероятно, мордашами, до сих пор весьма ценится испанскими охотниками, да и прежде во всей Европе считалась признаком породистости и вообще хорошего чутья. На самом деле, очевидно, раздвоение носовых трубок суживает их внутреннюю поверхность и, следовательно, размеры слизистых оболочек, которые находятся по известным физиологическим причинам в прямом отношении с силою чутья.

 

Хотя несомненно, что испанские легавые сделались известны в Западной Европе еще в XVII столетии, но распространились они здесь в следуюп1ем веке, как было сказано выше, с началом стрельбы влет, вместе с испанскими ружьями, главным образом через Нидерланды. С этого времени и начинается влияние испанских легавых на туземные породы, влияние, закончившееся вместе с образованием расы пойнтеров. Все европейские гладкошерстные легавые заключают в себе более или менее значительную примесь крови испанских.

 

Сведения об испанских легавых во французских и немецких охотничьих книгах весьма скудны и неопределенны. В первый (?) раз упоминает о них Селинкур в своем "Parfait Chasseur" (1563) как о крупных и сильных собаках, ищущих верхним чутьем, но в общем сходных с французскими браками. По его описанию, испанцы имели тяжелую голову, длинные уши, квадратную морду, сильно развитые ноздри, отвислые губы, толстую шею, большие и сильные лапы, короткую шерсть, обыкновенно белую с большими каштановыми пятнами; чистокровные собаки часто имели раздвоенный, даже двойной нос.

 

Более подробные указания мы находим только в английской книге Сиденгама Эднарса, жившего в конце прошлого и в начале текущего столетия. По словам Эдварса, испанские легавые появились в Англии очень недавно (?) и привезены каким-то купцом, ведшим торговлю с Португалией. Это тяжелые и сырые собаки ростом около 56 с., очень похожие на южную пешую гончую. Голова у них большая, между глаз вдавленная (с переломом?). Губы большие и обвислые, уши тонкие и висячие, средней длины; шерсть короткая и гладкая; рубашка кофейная, кофейнопегая, красная и красно-пегая, черная и черно-пегая, иногда с подпалинами на морде, часто с пятнами и крапинами по белому фону. Прут тонкий, гладкий и упругий; обыкновенно у них имеются шпоры, г. е. прибылые (пятые) <пальцы> на задних ногах, которые часто бывают вывернуты наружу (коровьи). Собаки эти обладают отличным верным чутьем и почти не требуют дрессировки, так как имеют врожденную стойку: нередко трехмесячные щенки стоят над курами, кроликами. Но старясь, они становятся весьма ленивыми и ищут труском. Вообще они сыры, пещи и скоро утомляются, а когда ищут с более быстрыми собаками, начинают хитрить, предоставляя последним разыскивание дичи.

 

Rawdon Lee, автор новейшего сочинения о собаках, добавляет, цитируя того же Сиденгама Эдварса, что испанских пойнтеров держал один старый барон из Норфолька по фамилии Beshill, который отличался своим умением стрелять влет. Ли говорит далее, что стрельба влет в Англии вошла в употребление около 1730 года и в это же время были введены испанские пойнтера, которые, по всей вероятности, были известны во Франции еще ранее.

 

Таплин, писавший в начале этого столетия, говорит, противно мнению Эдварса, что все сведения согласны в том, что испанский пойнтер вывезен из Испании очень давно (?). По словам его, эта порода вполне гармонирует с высокопарным и надменным видом испанского гранда, но не подходит к английскому характеру. У нее короткая голова, толстая морда, большие ноздри, широкая грудь, короткие ноги, вальковатое (цилиндрическое) туловище, крепчайшая поясница и мощный зад. Масти бывает различной, но большею частью кофейной. Она чрезвычайно вяла и неподвижна, имеет очень тихий поиск и скоро утомляется, так что годится лишь для стариков. Но она настойчива, старательна и имеет очень верное чутье.

 

С своей стороны, мы считаем наиболее вероятным, что испанские легавые были ввезены в Англию из Нидерландов во времена испанского там владычества. Из этого, конечно, не следует, чтобы эти собаки не могли быть позднее привезены из места их родины - Испании и Португалии. Первый рисунок испанской легавой мы встречаем в 1768 году на гравюре художника Stubb'a, изображающей массивную собаку с большою головою, укороченным хвостом, раздвоенным носом и сильно развитыми черными мясами.

 

В Германию испанские легавые тоже, несомненно, проникли в конце XVII и в начале XVIII столетия из Нидерландов, но немецкие авторы умалчивают об этом и утверждают, что испанские гладкошерстные появились лишь в 20-х годах текущего столетия, когда вернулись из Испании офицеры англо-немецкого легиона и привезли с собою местных легавых в Брауншвейг и Ганновер.

 

В России испанские легавые появились позднее, чем в других странах, - во второй половине XVIII века, вероятно, через Польшу и Курляндию, причем главным отличительным признаком их считалось раздвоенное чутье. В первый раз упоминается о них в "Совершенном егере" (1778): "Второй род - испанских больших собак, оный во всем к первому роду (больших легавых, которыми называются здесь, вероятно, немецкие), только их гораздо больше (?) и имеют раздвоенное чутье, почему и двуносыми называются. Для учения и искания почитаются за весьма способных; лучшие же из двуносых бывают ростом очень малы (?)". О больших же легавых собаках, "которые во всех землях водятся", говорится так: "Они бывают станом длинны; толстоноги, гоновасты, чутье, или нос, у них толстое и уши длинные; шерстью обыкновенно белые, багряно- или черно-пегие или в крапинах. Они к учению понятны и способны для искания, но несколько ленивы и истомчивы" (стр. 428 - 429).

 

В своей другой компиляции ("Книга для охотников", 1814) Левшин уже довольно низкого мнения об испанских легавых, хотя ставит их первыми и как бы самыми старинными: "1) Испанские двуносы, или с раздвоенным носом, сии меньше всех других способны, ибо нежны, холода боятся, истомчивы и в болотах об траву разрезывают себе нос". Последняя фраза указывает на плохое нижнее чутье и неудобства раздвоенного носа.

 

В 50-х годах испанские легавые становятся очень редкими, и позднейшие авторы - Патфайндер ("Егерские записки", изд. 2-е, 1853) и Венцеславский ("Птичья, или егерская, охота", 1851) - упоминают о них только вскользь, считая двуносость их главным отличительным признаком. П. А. Квасников ("Природа и охота", 1876, 1) говорит, что собаки эти были "большого роста, широких ладов, на высоких и толстых ногах, голова довольно большая, лоб крутой, глаза большие, рыло средней длины и тупое, нос раздвоенный, уши средней длины, вьющиеся в трубку, хвост не очень тонкий, но правильный. Испанские собаки искали тихо и низом, стояли крепко, птицу подавали хорошо, были послушны, но ленивы и скоро утомлялись; шерсть имели очень короткую, белую, в кофейных отметинах". Последние двуносые собаки, имевшие, однако, очень мало общего с испанскими, были на первых выставках - Московской (1876) и Петербургской (1879). Всего вероятнее, что ранее испанскими легавыми называли выродков французских и немецких легавых с двойным чутьем, которые не составляли особенной редкости.

 

В Англии испанские пойнтера также, по-видимому, совершенно перевелись. Rawdon Lee говорит в своей книге, что двуносые пойнтера испанского типа были еще у Статтама из Дерби, но скоро вымерли (в 50-х годах?). По его словам, на Лондонской выставке, кажется 1891 года, под этим названием была выставлена мистером Вальтером Gilbet из Норфолька пара собак небольшого роста, с короткой колодкой, скорее желто-пегой (а не кофейно-пегой) масти, с тупым и головами, раздвоенными носами, вообще очень некрасивые. Они далеко уступали испанским пойнтерам, изображенным Subb'ом более ста лет назад, и своими короткими, толстыми головами и сильно развитыми нижними челюстями указывали на подмесь бульдога, хотя владелец и уверял в их чистокровности. Очень близкая к испанской породе разновидность легавых встречается, как мы увидим далее, на юге Франции.

 

Сведения о современных испанских легавых на месте их родины весьма скудны и проникли в иностранную охотничью печать только после первой выставки собак в Мадриде, бывшей в 1890 году. Ранее только у Деларю встречается указание на то, что он встречал в Испании легавых, очень похожих на наваррских браков (голубых с серыми крапинами и буро-красными пятнами и с стекловидными глазами), только двуносых. Действительно, в Испании, как и в Италии, до сих пор двуносость считается признаком хорошего чутья. На Мадридскую выставку были представлены две различные породы легавых собак (Perros de muestra - собак со стойкой, chiens d'arret - гладкошерстных (длинношерстных не оказалось вовсе), именно пачоны, или пачонессы, и пердигуеросы.

 

Пачоны небольшого роста, имеют довольно короткие ноги и весьма сильное сложение и очень сходны с старинною расою немецких гладкошерстных легавых. Они делятся на две разновидности: пачонов Витории и пачонов Наварры. Первые несколько легче складом и употребляются главным образом для охоты на перепелов в Южной Испании. Наваррские пачоны массивнее, крепче сложены, мускулистее, широки в груди, с хорошими бедрами и лапами, с красивой квадратной головой и широким черепом; они имеют еще более медленный поиск, такую же мертвую стойку и нижнее чутье; кроме того, передние ноги у них часто бывают кривые. Как видно из прилагаемых рисунком с фотографий, пачоны имеют наклонность к приземистости и кривоногости, как бы на пути сделаться легавыми бассетами. Вероятно, это обусловливается вырождением расы.

 

Вторая порода - пердигуеросы, что означает собаки на куропаток - крупнее, выше на ногах и имеют гораздо более быстрый поиск, отличное чутье и употребляется преимущественно для охоты на красных куропаток, которые держатся в густом вереске и сначала ищут спасения в бегстве. Эти собак и всего чаще бывают двуносы, и в Испании обыкновенно оставляют из помета щенков с раздвоенным носом. Испанские охотники считают пердигуеросов родоначальниками пойнтеров, что весьма вероятно. В последнее время порода стала улучшаться примесью пойнтеров и потому разделяется на две разновидности - старого и нового типа; последний отличается более стройным сложением и правильными ногами.


Комментарии: 0